Ein Teil von jener Kraft

Гейб уехал отдыхать на две недели. В теплые края. А я нет. Работы очень много, хоть неиспользованных отпускных в этом году еще больше, да и вряд ли кто-то на моей работе стал бы сильно возражать, если бы взяла я двухнедельный отпуск, так что это не экскьюз. Если честно, то

(Не мой, если что.)

А в свой день рождения (который был почти 3 месяца назад) я так расчувствовалась, помню, от некоторых поздравлений, особенно тех, что совсем не ждала, или... как бы это сказать, «ждала вопреки» что ли,  что решила с того самого дня сама всех поздравлять. Реагировать на все напоминания в соцсетях и поздравлять всех. Всех-всех, каждого из близких и очень далеких, родных и друзей, и тех, кто «не друг и не враг, а так» — может, случайно зафрендились как-то и где-то, а после рука зачем-то не поднялась, чтоб отфрендить, но раз уж родился человек на Земле, значит не только ему это было так нужно, в этом есть смысл, да в каждом любом непременно есть что-то такое, отчего в его день рождения ему уделить стоит хотя бы клик на Фейсбуке. Я даже какое-то время потратила, чтобы ввести в свой календарь дни рождения тех, о которых Фейсбук уже не напомнит, но чьи даты моя память хранит еще все таки. Но чьи-то забыла (да простят, может быть, те, кто TWIMC, ну а не простят, так пусть в мой список грехов запишут).

Так много работаю в последние несколько недель, а на этой неделе — просто жуть. С утра в Гонконге, ближе к вечеру — в Ванкувере. Иногда получается пообедать дома, на собственной кухне. Правда, голова все равно в другом часовом поясе, и мысли заняты отнюдь не едой. Я не слышу, к примеру, какие вопросы в какой-то момент мне Гейб Сидорофф задает, оказавшийся неожиданно рядом. Как именно — а не спрашивайте. В этот четверг я так «залеталась» меж часовых поясов, что с утра аж мне усиленно так казалось, что нынче пятница.

Я прошу, конечно, прощения, у борцов за политкорректность. Да, некрасиво. И сюжет, и название картины. Но это все-таки восемнадцатый век, называние «неграми» людей черной расы предрассудком каким-нибудь не считалось. Так слово и слово — не хуже других, даже не матерное. Да и вряд ли сам Уильям Блейк рисовал это, чтобы над людьми черной расы поиздеваться. Скорее, наоборот.

Ну а мне-то зачем эта страшная иллюстрация? А затем, 

Одна из летних гостий (моих московских родственниц), что, к слову, посещает Виндзор (и ЮК вообще) впервые в жизни, искренне изумляется тому, как часто слышит там на улицах русскую речь: «Здесь так много русских?»

«Скорее, русскоговорящих украинцев», — отвечаю. И это, 

Ну вот сидим мы вчера, значит, с Гейбом на траве в парке «Рай», что в соседнем Хай Викаме, «имеем пикник» (чисто вот так, по-английски). День жаркий, очень жаркий для нас, пожилых уже человечков, хорошо, что есть бриз и огромная тень от раскидистых деревьев возле запруды. Собачки веселые лают, птичек — в основном, водоплавающих —  попрошаек корма у посетителей, — многоголосье... Справа, чуть позади нас такие визгуши —  тоже сидят на траве, не едят, пикников не имеют, а только хохочут, хохочут, иногда прерывая свой хохот громкими фразами, кажется, на пенджаби, и потому нам совсем непонятными. Слева от нас и тоже чуть сзади, поближе к воде, группа женщин в хиджабах.  Тоже сидят, ноги подвернув по-восточному. Они пришли сюда только что — с пакетами, полными продуктов, на траву сели в кружок, в центр поставили тазики и строгают в них помидоры и лук. И галдят громко-громко, кажется, на арабском, заглушая не только птиц и собак, но даже двух пенджабских хохотуш. С другого конца лужайки движется еще одна группа женщин в темных одеждах с закрытыми головами и лицами, среди них дети, а также немного мужчин во всем светлом — их чужеродный говор все слышнее, все громче... С дальнего конца лужайки, где обустроена детская площадка тоже доносится много слов — на каком языке, ХЗ (английский мы знаем и различим любой европейский). 

Ну вот еще немножко Магритта вам от меня в ленту сегодня:

Конечно, было бы интересно узнать мнение о «Паутине» от обычных российских граждан — 

Самые интересные мои посты — те, которые, может, действительно, стоило бы оставить на память потомкам, — не написаны.  Не успевают оформляться в слова. Либо времени нет на них, либо сил — душевных или физических.

А кстати,

Так и подмывало меня сегодня запостить сюда нынче какую нибудь порнуху. Вот у этого замечательного художника, например, ее очень много, да к тому ж наивысшего качества (и не только рисунки карандашом и тушью — акварелек, весьма изящных, у него тоже полно).

Но я передумала: