С восьми до девяти утра — это лучшее время на большой зеленой лужайке перед нашим домом. Это час прогулки собак — их довольно в большом количестве можно наблюдать вместе с их владельцами (или специально нанятыми выгульщиками) прямо из окна, прямо бальзам для глаз, при любой погоде. Кто-то выгуливает одну собачку, кто-то сразу несколько, разных пород, разных размеров, разных расцветок.
Рыжий котик по имени Vocal опять мне повстречался во время послеобеденной прогулки. Скорее всего, зовут его вовсе не Vocal, а как зовут — ХЗ вообще, на нем не написано же. Но он настолько Vocal, действительно, что, хоть и находился на противоположной стороне улицы, все равно переорал то, что почти на полную громкость звучало в моих наушниках.
Гейб зазвал меня плавать на «Черные камни», прям на мотив «Бриллиантовой руки». «Черными камнями» он нарек место рядом с отелем, на противоположной от пляжа стороне, где мы вчера наблюдали девушку с двумя купающимися собаками: большим голден ретривером, по-видимости, слегка больным артритом, и белой кудрявой собачкой мелкой породы, которая издалека показалась нам щенком ретривера. Девушка держала белую кудряшку на коленях и нежно ее расчесывала, возможно, та уже накупалась досыта. А ретривер ходил вокруг них сухим, пока девушка не стала бросать в воду свою резиновую тапочку, и ретривер плыл за нею медленно и неохотно, в то время как девушка и собачка поменьше ждали ее на каменных черных ступеньках с видом: «Надо, Федя, надо!» Очевидно, ретриверу устраивали таким образом сеанс физиотерапии.
Человек я мерзлявый. Стоило температуре воздуха (на улице, не внутри) упасть на пару градусов, как залезла на кровать. У меня в «кабинетике» есть своя большая кровать, с хорошим матрасом, хоть она не моя в самом деле сейчас, а Бусина, и когда-то была гостевая, но гостей-то у нас не бывает с тех пор, как характер у Гейба испортился окончательно. Ну вот, сижу на кровати, опираюсь спиной на особую подушку с подлокотниками (специально купила недавно, удобная очень подушка), щупаю тонкое одеяло, подумываю не забраться ли под него, и что надо б на зиму купить новое, теплое, потому что старое зимнее одеяло с этой кровати я выкинула, когда заменяла на летнее, не помню уже — то ли в мае, то ли в июне. Лето нынче в целом не жаркое получилось — и ладно. Жару не люблю, хоть и мерзлявая.
Очень много хотела сделать сегодня — может, не очень приятного, но полезного, помимо работы. Но так болит голова, что не помогают пока что две таблетки парацетамола. Состояние не настолько плохое, чтобы «больничный» брать на день, но и концентрироваться ни на чем не могу толком, всё и все раздражают. Скорее всего, это погода (моя поганая метеочувствительность) — день пасмурный, облака... Либо я подустала от разных физических нагрузок за выходные (не тех, что для пользы тела, а тех, что по бытовой необходимости), либо от переживаний за котика (он опять приболел что-то). Либо это один из симптомов какого-то вируса, который мне не давал покоя и в среду, когда я собралась умирать, типа, и почти-почти ушла из ЖЖ.
Оказывается, одна смерть была таки в тот день (24-го января). От близкой подруги в Москве ушло насовсем самое близкое ей существо — ее котик. Не молодой уже, хотя и не такой уж старенький, не слишком здоровый, но уж если кто и мог поддерживать ему здоровье, так это его мамочка — ветеринар. Все это очень грустно.
Попробую сконцентрировать свои умственные способности на чем-нибудь все же сегодня. И буду больше воды пить — от головных болей она мне порой помогает лучше таблеток.
Пестренькую таби звали Белла.
И продолжают так звать ее нынешние хозяева, я надеюсь.
И не только тем, что собаки лают, а кошки мяукают.
А, в частности, еще и тем, как реагируют на встречу с хозяевами после разлуки.
Если разлука была короткой (час-два, ну или день-полтора), то собаки будут радостно вилять хвостом, повизгивать, прыгать до потолка (или ниже, смотря у кого какой темперамент и рост), лизать лицо хозяину, преданно заглядывать в глаза.
А кошки —
Радость первая — это Никарагуанский кофе.
Эти зерна не зря называют «слоновьими». Хотя размер, простите за пошлость, тут значения не имеет особого. Когда я завариваю их свежемолотыми в колбе-кемекс внизу на кухне, а затем наверх уношу к своему рабочему месту— аромат на весь дом, на весь день, ну или до обеда, если мне, как сегодня, приспичивает заняться готовкой, и тогда аромат кофейный вытесняется не менее чудным запахом чеснока, разогретого на оливковом масле.
Радость вторая: —
«Кацан для котят есть?»
«Э... кац?.. для? что?..»
«А если найдем?»
Молодой темнокожий грузчик супермаркета «Ко-оп» наблюдал, раскрыв от удивления рот, как мимо него промаршировали уверенно к стеллажам товаров для домашних животных две бледнолицые полустарушки и пузатый чувак такого же возраста.
***
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
branchandroot
