Типичная еврейско-американская семья в 2025 году

[ilfasidoroff]

Рисунок Зои Черкасской-Ннади, Израиль, 2025

А вот осенью 2001-го (после 9/11) молодых представителей еврейско-американских семей можно было продемонстрировать таким диалогом. Кстати, он вполне может быть для некоторых ликбезом.

— Твоя мать еврейка?

— Теоретически да.

— Чувак, да ты еврей! Я и не знал!

— Ну, на четверть, — сказал Джоуи. — Сильно разбавленную.

— Ты бы мог прямо сейчас эмигрировать в Израиль, без всяких вопросов.

— Всю жизнь мечтал.

— Это я так. Заряжал бы там пистолет, управлял реактивным истребителем и встречался бы со стопроцентной саброй.

Чтобы проиллюстрировать свою мысль, Джонатан открыл лэптоп и перешел на сайт с фотографиями бронзовых израильских богинь со скрещенными патронташами на обнаженных грудях размера D.

— Не в моем духе, — сказал Джоуи.

— Да и не в моем, — сказал Джонатан не вполне искренне. — Ну, тебе могло и понравиться.

— Да и потом, разве там нет проблем с нелегальными поселениями и бесправными палестинцами?

— Проблема в том, что это крохотный островок демократии и прозападного правительства — в окружении мусульманских фанатиков и враждебных диктаторов.

— Это значит только, что место для острова выбрано неправильно, — сказал Джоуи. — Если бы евреи не отправились на Ближний Восток, а нам не пришлось бы их поддерживать, может, арабские страны так не враждовали бы с нами.

— Чувак, ты вообще слышал о Холокосте?

— Слышал. Но почему они не отправились в Нью-Йорк? Мы бы их пустили. Они бы могли понастроить здесь синагог и все такое, а у нас были бы нормальные отношения с арабами.

— Но Холокост случился в Европе, которая считалась цивилизованной. Когда теряешь половину населения в геноциде, перестаешь доверять свою защиту кому-либо, кроме себя.

Джоуи с неудовольствием понял, что выражает скорее родительское мнение, чем свое собственное, а потому проиграет в споре, победа в котором ничего для него не значила.

— Хорошо, но почему это нас касается? — тем не менее продолжил он.

— Потому что мы должны поддерживать демократию и свободные рынки по всему миру. В чем проблема Саудовской Аравии? Слишком много озлобленных людей без всяких экономических перспектив. Поэтому бен Ладен там и популярен. Я согласен с тобой насчет палестинцев. Это просто гигантский гребаный питомник террористов. Поэтому мы и должны принести свободу во все арабские страны. Но начинать с предательства единственной работающей демократии в целом регионе — не лучшая идея.

(Джонатан Франзен, «Свобода», 2010. Перевод с английского В. С. Сергеевой и Д. А. Горяниной)