ilfasidoroff (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
ilfasidoroff) wrote2012-08-22 01:37 pm
ilfasidoroff) wrote2012-08-22 01:37 pm
Entry tags:
Плюс 8 фактов об Айрис Мердок
Предыдущие посты по этой теме смотрите по тегу Айрис Мердок
Элиас Канетти. 1952-1956. Часть 4
538. Канетти притягивал к себе множество творческих личностей, которых А.М. называла его «апостолами» или «существами»1. Среди них — небезызвестные писатели, художники, актеры, музыканты, поэты, в том числе уже упомянутая Кэтлин Райн (см. факт 528) и Сэр Эймер Максвелл, вместе с которым Канетти путешествовал в Марокко. Райн безумно и безответно любила брата Эймера — художника Гавина Максвелла, который тоже числился среди «апостолов»2, а к тому же страдал маниакально-депрессивным психозом и в интимных связях предпочитал мужчин (как и его брат Эймер). Канетти был доверенным лицом и для Г. Максвелла и для К. Райн, о чем свидетельствуют их автобиографии, однако Гавин Максвелл утверждал, что: «Никто из нас не нуждается в Канетти так сильно, как Канетти нуждается в нас». Сэр Эймер обращался к нему не иначе, как «Мастер». Другое «существо» Канетти — переводчица его публицистического произведения «Масса и власть» Кэрол Стюарт (оксфордская однокашница А.М. — см. факт 78) говорила, что он, словно король, «правил и мужчинами, и женщинами», и далеко не каждого из своих «придворных» зачислял в фавориты. Наиболее приближенные получали секретный код для звонков по телефону: три гудка — повесить трубку — перенабрать номер.
539. Канетти редко выдавал собственные секреты. В одном из его мемуаров первая встреча с Везой (см. факт 518) упоминается кратко: на лекции литературного критика Карла Крауза в Вене Канетти обратил внимание на единственную женщину, не аплодирующую выступающему. Многие думали, что одна рука у Везы была либо деформирована либо парализована. На самом деле, руку ей ампутировали после автоаварии, Веза носила протез, обтянутый коричневой кожаной перчаткой. Это не мешало Везе с упрямой настойчивостью отпечатывать на машинке рукописи мужа, готовить его любимый Apfelstrudel и подносить еду на подносе — все действия совершались одной рукой. Кто-то однажды со страху перед Канетти предположил, что руку жене он изуродовал сам.
540. Веза умерла в 1962, после чего Канетти женился на Гере Бушор, в 1972-м у них родилась дочь Джоанна. Жена и дочь проживали в Цюрихе, сам Канетти оставался преимущественно жителем Англии вплоть до середины 70-х, и даже его постоянная любовница Мария-Луиза фон Мотесицки (см. факт 522) узнала о его втором браке лишь спустя 11 лет.
541. Канетти старался производить впечатление высокоморальной личности, но вместе с тем мог оскорбительно отзываться даже о близких друзьях3. Однажды он в присутствии знакомых сыграл первоапрельскую шутку над Францем, воскликнув: «Поздравляю! Книгу твоих стихов опубликовали!» Канетти знал, что у Франца больное сердце, и что публикация его стихов значила для него всё на свете. Когда Канетти признался, что пошутил, Франц изменился в лице, но принял шутку, и записи в его дневнике свидетельствуют, что он не затаил зла. Спустя много лет А.М. выражала досаду на Канетти за его «обидные шутки» по отношению к Францу.
542. Канетти предпочитал являться на вечеринки один. Когда кто-либо интересовался, почему он не звал с собой Везу — Канетти отвечал, что его жена шизофреничка. Прочие «шутки» Канетти вполне могли казаться безобидными: он, например, говорил, что у художницы Милен Косман один глаз — стеклянный.
543. В ноябре 1953-го первая книжка А.М. «Сартр: Романтический Рационалист» вышла дешевым изданием с мелким шрифтом в серии «Исследования в области современной европейской литературы и мысли» издательства «Боуз энд Боуз». Книга получила хвалебные отзывы — и вполне заслуженные: в ней отразилась писательская способность А.М. слить воедино мысли философа и свою личность, а также представлена доступная критика идей и романов Сартра. Эта книга по сей день считается одной из лучших работ о Сартре на английском языке.
544. Канетти с презрением относился к тому, что А.М. считала творчество эпигонов Толстого эталоном современной литературы, и они не раз обсуждали необходимость альтернативного мифотворчества и включения нового мифа в ткань романа. Канетти, казалось, не различал границ между литературой и реальностью, он будто сам жил на страницах романа, особенно, когда утверждал, что англичане слишком скучны для него, ибо «недостаточно аморальны». Кэтлин Райн замечала, что Канетти «изучает зло внимательнее», чем она сама, ибо он «специализировался на этом». Она представляла его себе эдаким куловодом, у которого за душой нет ничего святого; куклы на сцене откалывают всякое, а зрителям и невдомек, что это он их дергает за веревочки.
545. Айрис выделяла среди людских психотипов диаметрально противоположных святых и художников. К последним она относила людей, сознательно и эстетически создающих собственный миф. Иными словами, художник - тот, кто превращает свою жизнь в произведение искусства, рискуя при этом стать «демоническим эгоистом».4. Канетти говорил А.М., что мифы и религии имеют одно начало и любая жизненная ситуация либо имеет в основе своей миф, либо нет.
1 Если вы читали «Бегство от волшебника», то наверняка уже вспомнили потрясающего Мишу Фокса и эпизод с бабочкой-леопардицей : «Мне дороги все существа»(с).
2 Кэтлин Райн писала удивительные стихи, оказавшие существенное влияние на взгляды и творчество А.М.. Стихотворение “Change” (одно из лучших, на мой взгляд) недавно было очень изящно переведено Инессой Серовой (можете почитать здесь).
3 Вот, например, что он говорит о Франце Штайнере в мемуарах “Party im Blitz”:
Его жизнью управляла его собственная форма, которой у него не имелось. Он был маленьким и таким щуплым, что его можно было легко не заметить. Его лицо было необыкновенно противным: высокие, редеющие брови, беспомощные, вечно бегающие глаза. Плаксивый тон речи, даже когда ему и пожаловаться было не на что. Менее привлекательного человека и представить трудно.(с)
4 Почитав мемуары Канетти, могу лишь полностью согласиться с точкой зрения А.М., что как художник он сотворил умелый миф о себе. Его роман «Ослепление» — часть того же мифа.
Предыдущий пост об Айрис Мердок Продолжение
Факты заимствованы из биографии Айрис Мердок, написанной английским автором Питером Конради (Peter J. Conradi, Iris – A Life, HarperCollinsPublishers, Great Britain, 2001). Обработка Ильфы Сидорофф ( (c) Ilfa Sidoroff, 2011-2012). Копирование вышеизложенного текста и других материалов из этого блога с указанием соответствующей ссылки – приветствуется.
Элиас Канетти. 1952-1956. Часть 4
538. Канетти притягивал к себе множество творческих личностей, которых А.М. называла его «апостолами» или «существами»1. Среди них — небезызвестные писатели, художники, актеры, музыканты, поэты, в том числе уже упомянутая Кэтлин Райн (см. факт 528) и Сэр Эймер Максвелл, вместе с которым Канетти путешествовал в Марокко. Райн безумно и безответно любила брата Эймера — художника Гавина Максвелла, который тоже числился среди «апостолов»2, а к тому же страдал маниакально-депрессивным психозом и в интимных связях предпочитал мужчин (как и его брат Эймер). Канетти был доверенным лицом и для Г. Максвелла и для К. Райн, о чем свидетельствуют их автобиографии, однако Гавин Максвелл утверждал, что: «Никто из нас не нуждается в Канетти так сильно, как Канетти нуждается в нас». Сэр Эймер обращался к нему не иначе, как «Мастер». Другое «существо» Канетти — переводчица его публицистического произведения «Масса и власть» Кэрол Стюарт (оксфордская однокашница А.М. — см. факт 78) говорила, что он, словно король, «правил и мужчинами, и женщинами», и далеко не каждого из своих «придворных» зачислял в фавориты. Наиболее приближенные получали секретный код для звонков по телефону: три гудка — повесить трубку — перенабрать номер.
539. Канетти редко выдавал собственные секреты. В одном из его мемуаров первая встреча с Везой (см. факт 518) упоминается кратко: на лекции литературного критика Карла Крауза в Вене Канетти обратил внимание на единственную женщину, не аплодирующую выступающему. Многие думали, что одна рука у Везы была либо деформирована либо парализована. На самом деле, руку ей ампутировали после автоаварии, Веза носила протез, обтянутый коричневой кожаной перчаткой. Это не мешало Везе с упрямой настойчивостью отпечатывать на машинке рукописи мужа, готовить его любимый Apfelstrudel и подносить еду на подносе — все действия совершались одной рукой. Кто-то однажды со страху перед Канетти предположил, что руку жене он изуродовал сам.540. Веза умерла в 1962, после чего Канетти женился на Гере Бушор, в 1972-м у них родилась дочь Джоанна. Жена и дочь проживали в Цюрихе, сам Канетти оставался преимущественно жителем Англии вплоть до середины 70-х, и даже его постоянная любовница Мария-Луиза фон Мотесицки (см. факт 522) узнала о его втором браке лишь спустя 11 лет.
541. Канетти старался производить впечатление высокоморальной личности, но вместе с тем мог оскорбительно отзываться даже о близких друзьях3. Однажды он в присутствии знакомых сыграл первоапрельскую шутку над Францем, воскликнув: «Поздравляю! Книгу твоих стихов опубликовали!» Канетти знал, что у Франца больное сердце, и что публикация его стихов значила для него всё на свете. Когда Канетти признался, что пошутил, Франц изменился в лице, но принял шутку, и записи в его дневнике свидетельствуют, что он не затаил зла. Спустя много лет А.М. выражала досаду на Канетти за его «обидные шутки» по отношению к Францу.
542. Канетти предпочитал являться на вечеринки один. Когда кто-либо интересовался, почему он не звал с собой Везу — Канетти отвечал, что его жена шизофреничка. Прочие «шутки» Канетти вполне могли казаться безобидными: он, например, говорил, что у художницы Милен Косман один глаз — стеклянный.
543. В ноябре 1953-го первая книжка А.М. «Сартр: Романтический Рационалист» вышла дешевым изданием с мелким шрифтом в серии «Исследования в области современной европейской литературы и мысли» издательства «Боуз энд Боуз». Книга получила хвалебные отзывы — и вполне заслуженные: в ней отразилась писательская способность А.М. слить воедино мысли философа и свою личность, а также представлена доступная критика идей и романов Сартра. Эта книга по сей день считается одной из лучших работ о Сартре на английском языке.
544. Канетти с презрением относился к тому, что А.М. считала творчество эпигонов Толстого эталоном современной литературы, и они не раз обсуждали необходимость альтернативного мифотворчества и включения нового мифа в ткань романа. Канетти, казалось, не различал границ между литературой и реальностью, он будто сам жил на страницах романа, особенно, когда утверждал, что англичане слишком скучны для него, ибо «недостаточно аморальны». Кэтлин Райн замечала, что Канетти «изучает зло внимательнее», чем она сама, ибо он «специализировался на этом». Она представляла его себе эдаким куловодом, у которого за душой нет ничего святого; куклы на сцене откалывают всякое, а зрителям и невдомек, что это он их дергает за веревочки.
545. Айрис выделяла среди людских психотипов диаметрально противоположных святых и художников. К последним она относила людей, сознательно и эстетически создающих собственный миф. Иными словами, художник - тот, кто превращает свою жизнь в произведение искусства, рискуя при этом стать «демоническим эгоистом».4. Канетти говорил А.М., что мифы и религии имеют одно начало и любая жизненная ситуация либо имеет в основе своей миф, либо нет.
1 Если вы читали «Бегство от волшебника», то наверняка уже вспомнили потрясающего Мишу Фокса и эпизод с бабочкой-леопардицей : «Мне дороги все существа»(с).
2 Кэтлин Райн писала удивительные стихи, оказавшие существенное влияние на взгляды и творчество А.М.. Стихотворение “Change” (одно из лучших, на мой взгляд) недавно было очень изящно переведено Инессой Серовой (можете почитать здесь).
3 Вот, например, что он говорит о Франце Штайнере в мемуарах “Party im Blitz”:
Его жизнью управляла его собственная форма, которой у него не имелось. Он был маленьким и таким щуплым, что его можно было легко не заметить. Его лицо было необыкновенно противным: высокие, редеющие брови, беспомощные, вечно бегающие глаза. Плаксивый тон речи, даже когда ему и пожаловаться было не на что. Менее привлекательного человека и представить трудно.(с)
4 Почитав мемуары Канетти, могу лишь полностью согласиться с точкой зрения А.М., что как художник он сотворил умелый миф о себе. Его роман «Ослепление» — часть того же мифа.
Предыдущий пост об Айрис Мердок Продолжение
Факты заимствованы из биографии Айрис Мердок, написанной английским автором Питером Конради (Peter J. Conradi, Iris – A Life, HarperCollinsPublishers, Great Britain, 2001). Обработка Ильфы Сидорофф ( (c) Ilfa Sidoroff, 2011-2012). Копирование вышеизложенного текста и других материалов из этого блога с указанием соответствующей ссылки – приветствуется.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Чёто я не на шутку распридиралась. Глянь-ка:
542: у художницы Милен Косман один глаз был стеклянный=у художницы Милен Косман один глаз - стеклянный.
543: как-то я не въехала вот в это: "...в ней отразилась писательская способность А.М. слить воедино мысли философа и свою личность, а также представлена доступная критика идей и романов Сартра".
Даю вариант, который, возможно, и не отражает правильно смысл высказывания (смысл ускользает!), но более внятен: "...в ней, как в зеркале, впервые отобразилась такая особенность творческой личности А.М., как мирное сосуществование почти брутального философа-рационалиста и эмоциональной женщины, воспринимающей мир в преломлении своего чувственного опыта; и эта творческая личность в свойственной Мердок манере интерпретировала идеи и образы романов Сартра". Тань, прости, стилистически весьма цветисто получилось, ясно, что ни у Конради, ни у Канетти такого нет. Но я вот так поняла, может, и неправильно)))
543: я бы переставила порядок слов в предложении: "По сей день эта книга считается одной из лучших работ о Сартре на английском языке"=Эта книга по сей день считается одной из лучших работ о Сартре на английском языке.
544: Не так: "Канетти презрительно отнесся к тому, что А.М. принимала толстовские работы за современный литературный образец". Может быть, "Канетти презрительно отнесся к тому, что А.М. считала романы Толстого эталоном современной литературы" (вариант: эталонными для современной литературы, непревзойденным образцом современной литературы...)
544: и они вместе обсуждали=и они не раз обсуждали
544: необходимость изобретения собственных мифов в новых романах - скорее: необходимость альтернативного мифотворчества и включения нового мифа в ткань романа
544: он будто бы сам жил на страницах романа - а не лучше "казалось, он постоянно ощущал себя героем романа"? Во всяком случае "бы" убрать
544: Кэтлин Райн наблюдала, как Канетти «изучал зло внимательнее», чем она сама, он «специализировался на этом». = Кэтлин Райн замечала, что Канетти «изучает зло внимательнее», чем она сама, ибо он «специализировался на этом».
544: Оч. коряво вышло: Она видела в нем мастера-кукольника, лишенного чувства святого, представляющего себя невидимым. Давай примерно так: "Она представляла его себе эдаким куловодом, у которого за душой нет ничего святого; куклы на сцене откалывают всякое, а зрителям и невдомек, что это он их дергает за веревочки"
545: Айрис часто говорила о типе художника, которому она противопоставляла святого, как о человеке, сознательно и эстетически создающем собственный миф. - М.б.: Айрис выделяла среди людских психотипов диаметрально противоположных святых и художников. К последним она относила людей, сознательно и эстетически создающих собственный миф.
545: Иными словами, такой художник превращает свою жизнь в произведение искусства, но вместе с тем рискует стать «демоническим эгоистом» - Иными словами, художник - тот, кто превращает свою жизнь в произведение искусства, рискуя при этом стать «демоническим эгоистом»
545: Канетти говорил А.М., что мифы и религии исходят из одного источника, и что в любой жизненной ситуации либо есть миф, либо нет. - Канетти говорил А.М., что мифы и религии имеют одно начало и любая жизненная ситуация либо имеет в основе своей миф, либо нет.
no subject
no subject
no subject
no subject
Литература с невыраженным мифом: "Робинзон Крузо", "Евгений Онегин", "Герой нашего времени", дойловская сага о Шерлоке Холмсе, "Поднятая целина", чеховские рассказы.
Литература без мифа: открывай любые серии "женских романов" Эксмо, Центполиграфа и тыкай пальцем - обязательно попадешь.
Есть еще псевдомифы: Донцовы всякие, Шиловы, Акунины... Вроде как люди сочиняют реальность, но они ее сочиняют не для создания нового мира, а как сочиняют рекламу.
Да, еще вот такой момент проливает свет на соотношение мифа и псевдомифа. Я тут недавно думала (в связи с историей с Трансаэро), чем сказка старая, классическая, отличается от современной. Доперло: классическая всегда содержала "добрым молодцам урок", пусть и немудрящий какой. Урок новой сказки - или "покупай Сникерс (Марс, Баунти и всякое другое)" или "Покупай мои следующие книжки". Оттого современные сказки - фикция.
no subject
no subject
no subject
Мердок объединила в этой работе свою личность с мыслями Сартра.
Мердок критиковала идеи и романы Сартра в доступной читателю форме.
no subject
Все равно непонятно, что значит - Мердок объединила свою личность с мыслями Сартра. Дала анализ мыслей Сартра через призму своей личности?
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Толстой-эталон - авторы "романов толстовского типа", которые АМ считала эталоном - АМ - принимающий в штыки ее точку зрения Канетти
В основе всего по-любому Толстой - или я чего не понимаю?
no subject
no subject
- Канетти с презрением относился к тому, что А.М. считала творчество последователей Толстого эталоном современной литературы
- Канетти с презрением относился к тому, что А.М. считала творчество эпигонов Толстого эталоном современной литературы
- Канетти весьма скептически относился к тому, что А.М. считала романы последователей Толстого чуть ли не эталоном современной литературы
no subject
no subject
no subject
no subject
А кстати... твоя новая подпись напомнила вдруг мой старый пост, не знаю, ты его видела раньше или нет: http://ilfasidoroff.livejournal.com/65775.html
Миф? :)
no subject